Печерский о переходе на бесфторовые смазки: «Если нас резко допускают на Кубок мира, план у нас есть. Подготовили новые, нетронутые лыжи»
 

Александр Печерский, шеф сервис-бригады сборной России по биатлону, рассказал, как будет проходить переход на бесфторовые смазки в случае допуска спортсменов к международным стартам.*
–* В Европе фторовые средства запрещены к производству и хранению. Поэтому наши ребята, которые ездили на сборы в Австрию, катались там на чистых лыжах. Проводили тренировки на глетчере на бесфторовых смазках – так что определенный опыт уже есть.
Но пока это просто тренировочные варианты, они не отражают соревновательный процесс. В принципе, можно тренироваться на бесфторе, но это не принципиально для спортсменов.
– Можно ли очистить лыжи и чехлы?
– Мне кажется, это лишняя работа. Гораздо проще купить новый инвентарь и не заморачиваться с очисткой старого. Потому что в попытках сэкономить и очистить старые лыжи и чехлы есть шанс нарваться на то, что какие-то следы останутся.
А как это проверить? У нас на руках нет тестирующих машин, которыми пользуются на этапах Кубка мира. Уходит ли фтор после обработки растворителем? Или надо снимать структуру? Вариантов много, а опыта у нас нет. Так что я сторонник того, что нужно приобретать новое.
Собственных приборов, которые отслеживают содержание фтора, у нас нет. Потому что пока лыжи и биатлон не перешли на бесфторовую программу. Из-за отстранения создалась двойственная ситуация: с одной стороны, мы понимаем, что делать что-то надо, с другой – а если нас еще год-два-три не будут пускать?
Хотя этим летом Министерство спорта собирало представителей зимних видов на презентацию того самого прибора, о котором идет речь. СБР даже хотел приобрести его заранее, чтобы понимать, как он работает, как к нему приноровиться.
Но приобрести – это полумера. Потому что просто купить и испытывать на Кубке России – это ничего не даст. Нужна длительная подготовка и постепенный переход на бесфторовые мази.
Ведь региональные сервис-команды, все наши магазины забиты на 100% фторовыми смазками. Это колоссальные деньги, объемы. Как мы можем так обойтись с производителями?
Тут нужен максимально комплексный подход – делать все поэтапно, чтобы все понимали, что происходит. Вот первый год взрослые бегают на бесфторе, потом подключить юниоров, потом юношей, потом – любителей, марафонцев. Руководство нас слышит. Думаю, что будет разработана подобная стратегия.
И еще один нюанс: мы понимаем, что все эти приборы по измерению фтора работают на софте из Германии. То есть мы тестируем лыжи, а информацию по ним видят в Европе. Этой аналитикой не хотелось бы делиться, а если использовать эти приборы – придется.
Так что пока переход на бесфтор на паузе. Если на международные старты пустят одного-двух спортсменов, им нужно купить 10 пар лыж и 10 банок порошка, чтобы они съездили на соревнования. А при этом вся Россия еще будет закрыта в пузыре на пару лет... Тут делать прогнозы очень сложно.
Надо погреть голову на этот счет, чтобы начинать действия по переходу. Ведь за ними последует напряжение для всех, и в первую очередь – финансовое.
–*Что будет, когда Россию вернут на Кубок мира?
– Если нас резко допускают, план у нас есть. Мы подготовили нетронутые лыжи – новые, купленные по субсидиям. Они лежат и ждут своего часа, мы их не даем спортсменам, не пускаем в работу в сервисе. В случае открытия границ у нас есть инвентарь в запасе. Чехлы, щетки, шуруповерты, смазка – все есть.
Работаем и со структурами: если поедем в Европу, то лыжи с нашими экспериментальными структурами туда, конечно, повезем. А вот как они там себя поведут, сейчас прогнозировать сложно.
Мы даже ведем работу над пластиком, который приклеивается на лыжи – и результаты уже есть. Это не классическая работа сервиса, но здесь огромный потенциал для роста. И скажу так: у российских производителей в этом плане все очень даже неплохо.
Над всем, чем можно работать в нынешних условиях, мы работаем. Но первые старты в любом случае будут сбором информации. Я бы сейчас не решился говорить, что мы туда приедем и всех победим. Это, как в армии говорят, будет разведка боем, – сказал Печерский в интервью Спортсу’’.
В мировых лыжах запрещен фтор, но в России бегали на нем. И как возвращаться?